|
5.
Эта история из моей студенческой юности далеких 70-х. У нас в институте
учился забавный грузин. Круглый, как колобок, добрый и ленивый на предмет
учебы. Во всем остальном совершенно нормальный студент, в смысле попить
пивка, погулять с девочками и т.п. Звали его Миша, а фамилию его я на всякий
случай умолчу.
Вот как Миша сдавал экзамены!
Первый курс, зачетная сессия. Миша сдает зачет по петрографии. Все нормальные
студенты уже сдали и побежали пить пиво, а мы с другом ждем Мишу. Картина
живописная - Миша в шикарных французских джинсах и мохеровом свитере (поясняю
для совсем юных - в те времена это был самый навороченный прикид)сидит перед
дородной женщиной-преподавателем и канючит с жутким грузинским акцентом:
- Слюшайте! Я сирота! Рюский язык понимай плехо. Гаварить по рюски плехо,
плехо! Писать еще хуже. Слюшай, поставь зачет, а?!
Женщина (чуть не плача):
- Уважаемый, я не могу поставить вам зачет просто так. Вы же не написали
на своем листочке ни одного слова!
Миша с тем же жаром, что и раньше повторяет заученные фразы про себя сиротинушку
еще раза два или три. Преподавательница (с трудом сдерживая слезы жалости
к сироте в мохеровом свитере)оставила Мишу одного в аудитории, положив на
край его стола учебник по петрографии. Через двадцать минут она вернулась,
но ее надеждам, что Миша хоть что-нибудь скатает с учебника, сбыться было
не суждено. Его лист был бел, как первый снег. Рыдая в голос, она поставила
Мише зачет. "Сирота", улыбаясь во весь рот, вышел из аудитории победителем.
Правда жизни заключалась в том, что папа у Миши был первым секретарем горкома
партии (не в Тбилиси конечно, но в каком-то крупном городе Грузии).
Ivar Chenko
|