|
5.
Эта история произошла в действительности, имена, время и место
действия сохранены подлинные, фамилии не называю, а срок давности
все равно уже не позволяет возбудить уголовное дело по фактам
совершенных правонарушений.
В 1986-87 г. г. я учился в СПТУ ╧54 г. Москвы и жил в общаге при
этом приятном (тогда) во всех отношениях учебном заведении. В один
из дней начала лета 1987 г. возле общежития остановилась машина √
копейка с иностранными номерами, из которой вышли две женщины
(одна помоложе, а другая √ сами понимаете) и попытались заговорить
с нами на неизвестном языке. Как мы догадались, они были из одной из
стран соц. содружества и в рамках взаимопомощи предложили нам купить
по дешевке кое-какие шмотки. Так как мы были осведомлены об охватившем
страну фарцовочном движении, то, не будь дураками, стали лихорадочно скупать все. Поскольку женщины лопотали только по-своему, и на наши попытки установить внятный контакт на английском или немецком языке (кто что учил в школе) отвечали мычанием и делали квадратные глаза, то пришлось ограничиться языком жестов. Откуда приехали эти дамы так и осталось загадкой, но я подозреваю что это были албанки (скорее всего), или одна из национальностей Югославии.
Среди всякого скупленного барахла (кое-что было успешно продано позже втридорога) были две бутылки коньяка √ 0,5 (оплетенная соломкой) и 0,7 л в виде женщины в неизвестном национальном платье, держащая на голове кувшин. Кто помнит то время, √ те знают, что это был расцвет заката застоя и борьбы с пьянством на работе и дома. Такие клевые бутылки обошлись нам раза в полтора дешевле если перевести в градусы, подаваемые в магазине, и раз в пять-семь дешевле если принять во внимание их оформление и происхождение. При этом безо всякой очереди!!! Сами понимаете, что просто пустить их на пьянку мы не могли, √ и оставили их для ╚съема╩ девчонок.
Нужно пояснить, что в нашей общаге как раз шел ремонт, и поэтому нас уплотнили до шести человек на комнату вместо четырех. В нашей комнате тогда жили: два Александра из порта Ванино, Хабаровский край (Шурики), и остальные ребята из центральной полосы: еще два Шурика и Коля. Я, выходец из Украины, подселился из другой комнаты, хотя дружили мы с начала учебы. Комната находилась на втором этаже и окно выходило на тыльную сторону здания. Совсем рядом, почти под окном, был навес черного входа, и между окном и этим навесом проходил молниеотвод, по которому было очень удобно возвращаться после 23:00, когда общежитие запиралось на ночь и опоздавших записывали, и, по достижению определенного количества нарушений режима, могли лишить лимита (во всяком случае так нас пугали, но мы не очень-то огорчались). Само собой этих ходом пользовалась вся общага. Представьте: спишь ночью, вдруг раздается стук в окно, ты спросонья открываешь, и в комнату вваливается человек до десяти, причем каждый с тобой вежливо здоровается за ру
ку.
Короче, надоело ребятам держать этот коньяк без дела и двое √ один Шурик из Ванино и Коля √ уходят в ночь на ╚бл-ки╩, прихватив бутылку 0,7 и рассчитывая вернуться по молниеотводу. Ждали мы их допоздна и легли спать не дождавшись. Посреди ночи раздается стук в окно. Мы просыпаемся, открываем. Вламываются наши бл-ны и Коля орет дурным голосом: ╚Умерла, умерла!!!╩. Мы пугаемся и орем чтобы он заткнулся и толком рассказал в чем дело. Он перестает через какое-то время прикалываться и вдвоем ребята рассказывают что тут же возле метро сняли телку, тоже лимитчицу, лет шестнадцати. Где-то неподалеку в кустах раздавили 0,7 на троих, закусывая сигаретами. Причем наши герои в основном делали вид что пьют, а на самом деле почти все выдула эта пэтэушница. Шурик рассказывает как она допивает последние капли, смотрит на Колю и мычит: ╚Ко-оля-я╩. После этого роняет бутылку и падает Коляну на руки. Она и запала-то с самого начала на Колю √ он был видный, румяный, сельский парень. Коля (еб-рь-истребитель), не теряя драгоценно
го времени, кидает эту Лену под куст, приспускает чулки и трусики и делает то, зачем пришел. Встает, отряхивается и предлагает Шурику сделать то же самое. Санек в шоке отказывается, а Коля искренне недоумевает: ╚Давай, дурак, не теряйся!╩. Они приглядываются к этой Свете или Лене поближе и видят, что дышит она как-то неровно и пузыри изо рта пускает. Немного струхнув, они решают подтащить ее поближе к молниеотводу и положить отдохнуть, а сами залезают в окно и будят нас.
Кое-как одевшись, наша толпа ночью (хорошо √ лето) собирается под окнами и находит симпатичную телочку 16-ти лет, но уже не первой свежести. На ней одеты блузка, мини-юбка и черные чулки в крупную клетку. Находится она в глубокой отключке. Начинаем решать что с ней делать, а Колян заявляет что ему все равно, что он хочет жрать и спать. Этакое животное┘ Занести в общагу через главный вход √ исключено. Кто-то (кажется, все тот же Колян) толкнул идею бросить ее к чертям. Но все-таки она остается на земле, а за ночь она не только протрезвеет, но и подхватит воспаление легких. И еще неизвестно в каком состоянии она сейчас, потому что пузыри она пускает подозрительные. Если найдут труп возле общаги √ нас вычислят быстро, а куда-то подальше отнести ее по ночной Москве √ так патрулей полно.
Вариант один √ затащить ее в комнату по молниеотводу через козырек черного входа. Берем пояс монтажника-высотника (очень своевременная оказалась штука) и одеваем на нее. У этого пояса очень хороший и крепкий страховочный конец с карабином. Двое (я и второй Шурик) подаем телку снизу двум парням на козырьке, а те передают ее последним двум в окно. Все стали по местам, √ начинаем! Мы с малым Саньком успешно справляемся со своей частью работы, а дальше бедную девочку тянут двое других, безжалостно обдирая об стенку. Мы снизу орем им чтобы они немного отстранили эту Свету от стены, но тогда им приходится тащить ее на вытянутых руках, что намного тяжелее. Происходит заминка, и вот тут монтажный пояс сползает с пояса девчонки под самые подмышки, подтягивая за собой и блузку, и лифчик. Наружу вываливаются налитые, крепкие, высокие девичьи груди. Мы с Саньком, увидев эту картину, впадаем в истерику, и двое барбосов в окне тоже. Картина: в свете луны висит полуголая, бухая в дребадан красавица и двое жлобов тянут ее н
наверх за веревку. Девчонка и в самом деле была очень симпатичная, но, по-видимому, бл-дь с малолетства. А жаль┘ Парням, которые тянут нашу подругу, совсем не до смеха √ тяжело и неудобно. Поэтому они злобно окрысились на остальных и требуют помощи, угрожая бросить все к черту. Кое-как мы с Саньком помогаем им поднять ее и, общими усилиями, затаскиваем этот цветочек в окно.
В комнате возникает вопрос на чью кровать ее положить. После долгих препирательств, я, сдуру, разрешил положить ее на свою кровать. И вот, немного успокоившись, мы, шестеро парней, в чьих организмах вовсю играют гормоны, собираемся вокруг нашей красавицы. Что теперь?! После короткого совещания, единогласно решаем ее раздеть. Раздев, сидим вокруг обнаженного, молодого, девичьего тела. Колян прыгает от нетерпения и настаивает на том, что ее нужно трахнуть, пока теплая. Никто не решается, т. к. дышит она еле-еле и продолжает пускать коньячные пузыри. Тогда Колян выгоняет нас и снова делает то, что нужно (я же говорю √ еб-рь-истребитель). Еще через какое-то время замечаем, что пузыри пошли сильнее. Это нас опять пугает и мы пытаемся ложкой разжать ей зубы, чтобы язык не провалился в горло и она не задохнулась. Не знаю насколько это правильно с медицинской точки зрения. Но зубы сжаты так крепко, что уже слышен хруст ломаемых зубов, а челюсти даже не пошевелились. При этом пузыри, которые она пускает, приятно пахну
т коньяком. Плюнув на эту дуру, которая не хочет, чтобы ее спасали, и вдоволь налюбовавшись ее вполне сформировавшимся телом и половыми органами, смотрим, что же лежит в сумочке нашей блудницы. Находим обычную муру √ косметика и все такое. Но кроме этого Колян находит и забирает себе хорошую ручку и часы с калькулятором (тогда это было еще экзотикой, к тому же не дешевой).
Пытаемся объяснить Коле, что это совсем уже ни в какие ворота не лезет, но он возражает, что за изнасилование все равно дадут больше чем за часы. Возразить трудно. Пора ложиться √ поспать хотя бы час-два, но моя кровать занята! Пристраиваюсь валетом к малому Саньку, но толком заснуть не может никто кроме Коли. Под утро раздается странное журчание, и я обнаруживаю, что красавица помочилась под себя и пропало все мое постельное белье и оба новых, отличных матраса, с трудом выдуренные у кастелянши. Мой громкий, здоровый мат будит эту сволочь Коляна. Промаявшись до утра, узнаю что кто-то разболтал про ночное приключение и вся общага уже в курсе дела и жаждет взглянуть на виновницу. Тут приходит один армянин (нормальный парень, между прочим, при этом здоровенный и упитанный, и имя соответствующее √ Самсон) и, конечно, просит одолжить ему эту пи-ду на часик. Никто не возражает, и красавица тоже, т. к. она все еще в пампасах. Немного позже Самсон рассказывает, что Света-Лена пришла в себя под ним, когда у него была
кульминация-эякуляция и простонала: ╚Коля┘╩. А Коля уже давно смылся. Я, злой, как черт из-за постели, ухожу и заявляю что я, конечно, найду себе новые постельные принадлежности, но даже видеть чертову шлюху не желаю и чтобы к моему возвращению ее тут не было. Все согласны.
Вернувшись немного раньше обычного, в холле вижу картину: эта дура приволокла подругу и вокруг них вьется по очереди половина общаги в надежде на халявный трах. А у Светы-Лены другая цель √ вернуть часы и ручку, с которыми Колюня давно лег на дно. Эти проститутки еще долго приходили в общагу, но Коля все это время надежно прятался у родственников.
Dima
duke2002@au.ru
|
